Alexandra Shpetnaya (alexspet) wrote,
Alexandra Shpetnaya
alexspet

Подарок юбиляру - от друзей



Фонд друзей Музея Прадо по случаю 200-летия этого замечательного музея сделал ему подарок: пригласил 12 известных испанских фотографов поработать в музее: походить и понаблюдать за посетителями, поразмышлять над историей музея - как институции и как комплекса зданий, "вступить в диалог" с его экспонатами - чтобы отразить свои впечатления в фотографиях. Проектом предусматривалось отобрать 24 фотографии (по две от каждого автора) для выставки к юбилею музея. Выставка открылась 21 сентября 2018 года и продлится до 13 января 2019 года. Снимок в начале поста - работа фотографа Ксавьера Кампано (Javier Campano). Выбор для обеих его работ на итоговой выставке популярного жанра - это, конечно, впечатление от натюрмортов старых испанских мастеров, прежде всего Хуана Санчеса Котана (Juan Sánchez Cotán) и Луиса Мелендеса (Luis Egidio Meléndez de Rivera Durazo y Santo Padre), которых упоминает Кампано. Жизнелюбивый фотограф говорит, что ходит в музей не смотреть, а прогуливаться, что музей для него подобен саду. Выбор натуры для проекта Кампано объясняет своей любовью к рынкам, на которые он ходит за покупками, особенно - к рыбным прилавкам и рыбным торговцам. Приходя домой, он распаковывает "улов" и фотографирует. Вторая его фотография на выставке - с битой дичью. Ниже - обе его работы в экспозиции.



В галерее, где представлена выставка "Двенадцать фотографов", фотографии-экспонаты чередуются со скульптурными портретами из коллекции Прадо. На фото - работы фотографа Хосе Мануэля Бальестера (José Manuel Ballester).


Для первого фото Бальестер выбрал Salón de Reinos - зал Королей, где когда-то были выставлены самые крупные картины королевской коллекции, а ныне идёт реставрация помещений под экспозиции музея Прадо. Перспектива анфилады залов со строительным мусором вдоль стен - своего рода подтверждение того, что музей живёт и обновляется.


Вторая фотография Бальестера демонстрирует ещё одну анфиладу - на сей раз иллюзорную. На самом деле это главный зал Прадо, где находится знаменитая картина Веласкеса "Las Meninas". В реальности он выглядит вот так:


Хосе Мануэль Бальестер представил зал совершенно пустым: кроме "остатков" от картины Веласкеса на стенах нет экспонатов. А с картины "Менины" автор фото убрал фрейлин, Маргариту и Веласкеса в дверном проёме. Остался только этот проём, как бы открывающий перспективу на иллюзорную анфиладу...


С мрачноватым юмором Бальестер объясняет свой "опустошительный подход" разочарованием от учёбы на факультете изящных искусств, которое он компенсировал, работая над проектом для Прадо. Он считает, что Прадо - это большая творческая лаборатория, что музей жив и у него есть будущее. Для реализации этого будущего необходимо пересмотреть прошлое и расчистить пространство для будущего - опустошить его, что автор и делает...

Следующий автор проекта тоже предпочитает работать с пространством, скорее даже с ассоциациями, которые "всплывают" из глубин памяти при встрече человека с тем или иным местом в пространстве. Автор Bleda y Rosa- коллективный: это два фотографа, работающие вместе - Мария Бледа (María Bleda) и Хосе Мария Роза (José María Rosa). Неожиданное впечатление от беглого взгляда на картину в проёме полуоткрытой двери, заставляет остановиться, чтобы обдумать возникшую в памяти ассоциацию с какой-то личной историей - так объясняет авторский тандем представленные в проекте работы .


Хоан Фонкуберта (Joan Foncuberta) полагает, что Прадо подобен сокровищнице, в которой можно найти нечто более ценное, чем богатства - новые образы. Вслед за французским фотографом Жаном Лораном, запечатлевшим Прадо, каким он был в 1882-1883 годах, в круговой панораме, размещённой в Центральной галерее нынешнего Музея Прадо; Фонкуберта пытается "остановить мгновение", замедлить бег времени, безжалостно оставляющего на экспонатах и стенах музея трещины и другие повреждения.


Свои работы в проекте Фонкуберта называет рефлексиями на смену аналоговой фотографии цифровой. Уход культуры аналоговой фотографии и замена её цифровой, на его взгляд, приводит к утрате интереса к материальности объекта - существенной составляющей образа: образ в цифровой фотографии сохраняет "душу", но теряет тело. Некоторое несовершенство аналоговых фотографий прошлого, их небольшие погрешности не снижают полноты воздействия на наши чувства. Ведь даже у доведённых до выхолощенного совершенства цифровых фотографий есть свои погрешности в виде так называемого "шума". В общем этот автор ностальгирует по уходящему миру.

Следующий автор - Альберто Гарсия-Аликс (Alberto García-Alix) - вспоминает походы в музей с мамой в детстве как наказание. Поэтому для участия в проекте ему нужно было забыть мамины объяснения "как смотреть и понимать" картины в музее и срочно всё "переинтерпретировать".))) Он снимал на ч/б плёнку и использовал двойное экспонирование.
На автора произвело большое впечатление то, как на картинах Прадо воспроизведены раны с запекшейся кровью. Он решил соединить свои наблюдения в одном фото с наложениями фрагментов для, как он выразился, создания "очень жёсткого струпа" от запекшейся крови.


В целом Альберто Гарсия-Аликс положительно оценивает свой опыт в Прадо: во время ночных бдений наедине с экспонатами он глубоко погрузился в их мир и избавился, наконец, от маминых интерпретаций.))) Он даже готов преодолеть свой страх и вернуться в Прадо ещё поработать.

Француз Пьер Гоннор (Pierre Gonnord), который уже 20 лет работает в Испании, испытал от приглашения поучаствовать в проекте страх и восхищение одновременно: "перед лицом большого количества шедевров" и от предвкушения понаблюдать за посетителями в музее - людьми разных поколений и социальных статусов. Неудивительно, что он избрал жанр портрета, в котором, как он считает, лицо выражает, подобно хорошему актёру, всю драму прожитой жизни и всю гамму человеческих эмоций. Он представил два "лица": австрийского парня Кристофера, которого "выловил" из потока посетителей у картины Тинторетто "Омовение ног", и чучело серой вороны.



Чучело вороны в качестве объекта автор выбрал, чтобы напомнить, что нынешнее здание поначалу предназначалось для Музея естественной истории. Ну, и чтобы донести до нынешних посетителей музея аромат, так сказать, эпохи, когда уже были таксидермисты, создававшие экспонаты для музеев естествознания, но не было интернета - поэтому за знаниями о природе ходили в эти самые музеи, а не читали Википедию.)))

Фотограф Чема Мадос (Chema Madoz), получив приглашение участвовать в проекте, поудобнее уселся в кресле в своей студии и принялся размышлять. По его словам, он даже не рассматривал вариант "поработать в интерьере музея", так как это было бы насилием над его методом работы. Он предпочитает неспешный ритм и перемещения на расстояния "чуть дальше собственного носа". Поэтому посидев в удобном кресле, Чема Мадос решил, что главная задача музея - вместить коллекцию, как бы огородить - обрамить её. Поскольку картины без рам в экспозиции тоже невозможны, он пришёл к выводу, что рама - это тот самый символ, который ему нужен. "Метафорическая рама" как функция музея представлена на фотографии углового стыка плинтуса (или галтели, как правильно именуют это паркетчики-столяры), а символом музейной рамы выступают на втором фото два треугольника в соотношении "золотое сечение".



Автор не вылез из кресла не покинул своей студии даже ради присутствия на открытии выставки - каков отшельник!)))

Зато следующий экспонент - Кристина де Миддель (Cristina de Middel) - вволю позабавлялась с музейными экспонатами. Поскольку больше всего её любопытство пробуждается от фотографий сильных мира сего и их отношения к фотографиям, Кристина решила заняться обмером черепов принцев и королей использовать портреты членов королевских семей. Для того, чтобы показать последствия дегенерации рода их общие фамильные черты, она "сложила одно на другое" несколько изображений с портретов, совмещая глаза, в какую бы сторону ни был направлен взгляд. "Я складываю вместе нескольких членов семьи и получаю семью в целом". Забава удалась на славу - результат ниже...))



После аллюзий на инбридинг предыдущего автора переходим к прекрасным образам Изабель Муньос (Isabel Muñoz). Её внимание в картинах музея Прадо привлекли сцены вознесения, распятий и экстазов святых, в которых фигуры парят в воздухе, устремляясь ввысь - к небесам. Она подумала, что подобное состояние можно воспроизвести, погрузившись под воду вместе с моделями-танцовщиками и аппаратурой. Результат замены космоса с невесомостью подводным миром, а святых - танцовщиками получился, на мой взгляд, впечатляющим - стоило нырять!))



Для Изабель Муньос Прадо был источником вдохновения, а вот для следующего автора - Айтора Ортиса (Aitor Ortiz) - источником мучений: его подавляли шедевры, их количество в музее ошеломляло его. Он мучился в поисках темы до тех пор, пока не увидел команду экспозиционеров за построением новой выставки. Он понял, что без экспонатов музей для него выглядит даже лучше привычнее (он специализируется на индустриальных объектах и архитектуре) и представил на выставке фотоснимки проёмов залов с пустыми стенами и нишами для витрин - в ожидании новой выставки.



Покончив с рефлексиями очередного автора, успешно преодолевшего популярную депрессию от количества шедевров "на один квадратный метр" музейной экспозиции, обратимся к изысканным натюрмортам Пилар Пекеньо (Pilar Pequeño). Эта жизнерадостная женщина во многом тоже вдохновлялась картинами Мелендеса (все любят Мелендеса!), но больше её привлекали работы Сурбарана - строгим отбором предметов и взглядом слегка сверху на "героев" натюрморта.



Завершает обзор выставки коллаж, представленный Ксавьером Вальонратом (Javier Vallhonrat). В нём он соединил фрагменты с изображением деревьев с картин музея Прадо и собственные снимки - результаты походов в лес на пикник его погружения в растительный мир.



Куратор выставки "Двенадцать фотографов", бывший директор музея Прадо - Франциско Карло Серральер считает, что проект открыл многие скрытые стороны Прадо, передал мистерию воздействия этого прекрасного музея на зрителей.

Для тех, кто ещё не устал - видео о работе фотографов над проектом (фильм на испанском, но есть английские субтитры). Кстати, никто из них самих и никто из кураторов не называл их фотохудожниками, чтобы дистанцировать топовых испанских мастеров "объектива" от славного старого цеха фотографов.



Скриншоты сделаны с материалов, выложенных на сайте музея Прадо.

©Александра Шпетная
Tags: Искусство музейной экспозиции, Картинки с выставки, Прадо, музейное закулисье, ремесло и искусство
Subscribe
promo alexspet november 3, 16:04 16
Buy for 10 tokens
Всех, кто видел картины Брейгеля в реальности, в какой-то момент охватывало желание вооружиться лупой. Художник тщательно выписывал мельчайшие детали не только на переднем плане - у нижней кромки картин, но и на дальнем плане - у линии горизонта. По сведениям биографов Брейгель во время…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments