Alexandra Shpetnaya (alexspet) wrote,
Alexandra Shpetnaya
alexspet

Двойной перевод со шведского-5

2016-03-24.png

Ян Мортенсон
Смерть ходит по музею
Продолжение. Начало [здесь]http://alexspet.livejournal.com/11004.html

V

Первый понедельник после рождественской недели, которую я позволил себе провести за городом, вполне оправдывал свою будничность. Пасмурно и грустно. До обеда в моем магазинчике побывало всего трое покупателей, да и то двое из них не были покупателями, они хотели «только посмотреть». Конечно, конечно – добро пожаловать. Но те, кто «только смотрит», не помогают мне платить налоги. Для того, чтобы я мог сводить концы с концами, нужен более весомый вклад публики, интересующейся антиквариатом.

Когда наступило время обеда, я отправился в Национальный музей. Не по делам, просто не мог удержаться. Я знал, что мне не следует этого делать, что я влезу в какую-нибудь историю, вовсе мне не нужную, а может и опасную. К тому же во всех приключениях и странных историях, в которые я постоянно даю себя впутывать, я обычно проигрываю и материально. Табличка с моим автографом «Скоро вернусь», которая частенько появляется на дверях лавки, никак не способствует торговле. Все это я знал, обо всем подумал, но, не обращая внимания на голос рассудка, ноги сами понесли меня в музей. Меня влекло к запретному, как мотылька на свет.

«Собственно, что тут особенного, - размышлял я, шагая по мосту через Стрёммен и то и дело уклоняясь от фонтанов, брызжущих из-под колес машин, - с кражами имеет дело полиция. Ко мне это не имеет никакого отношения, и от того, что я только погляжу, вреда не будет».

Так думал я, обманывая сам себя. Однако в глубине души, вопреки всем успокаивающим соображениям, я знал, что дело сделано. Что меня соблазнят, втянут в новую историю, из которой я еще неизвестно выпутаюсь ли.

Но как бы там ни было, а я уже поднимался по ступеням музея. Миновал высокий вестибюль, где за окошком кассы чопорная дама в зеленом вязала красный шарф. Проследовал дальше, мимо киосков, где продавали книги по искусству, открытки и репродукции. В дальнем конце был ресторан или, точнее, закусочная.

Людей за круглыми столиками, накрытыми клетчатыми скатертями, сидело немного. Я заказал рыбу. Кефир, жареную рыбу и тосты. Полезный противовес рождественским излишествам.

«А здесь хорошо», - подумал я, садясь за угловой столик. На каждом столике рядом с гиацинтом горела небольшая свечка, создавая впечатление домашнего уюта. И кормили вкусно.

- Привет! Можно присоединиться?
Сначала я не узнал ее, но потом вспомнил. Карин Стенман, секретарь Андерса, которая изучает историю искусств и со временем будет работать в музее.

- Прошу, присаживайтесь… Как Ваши успехи в науке?
- А что мне теперь изучать? – Она поморщилась и развернула на коленях красную бумажную салфетку.
- Да, Вы правы. Но нужно надеяться на лучшее. Ведь экспонаты, возможно, еще и найдутся.

Она выпила молоко, вытерла рот салфеткой и серьезно посмотрела на меня. Темные, почти черные густые волосы с пробором посредине обрамляли бледное лицо с большими голубыми глазами. «А она похожа на мою Клео», - пришло мне на ум.

- Надеяться можно всегда, но, по мне, шансы мизерные. Мелкие вещи уже, наверное, улетели из Швеции или лежат здесь и дожидаются более спокойных времен. А вот корона и скипетр, боюсь, исчезли навсегда.
- Откуда такой пессимизм? – спросил я.
- Сами подумайте. Такие вещи опасно хранить. Разумнее выбросить их куда-нибудь. В Стрёммен, к примеру.
- Тогда им стоило бы подумать об этом раньше. А полиция ничего не нашла? Никаких следов? Я на неделю уезжал из города и знаю только то, что было в газетах.
- Я, собственно, тоже. Они много не говорят. Это я о полиции. Андерс тоже молчит. Совсем пал духом. Считает все своей ошибкой.
- А разве это не так?
Хмурый Бенгт Хеллер поставил на наш столик поднос с оладьями, политыми брусничным вареньем. Я отодвинул свой стакан с кефиром, опасаясь его неловкости.
- Привет, - сказал он. – Мы виделись в последний раз, когда я показывал Вам выставку Андерса. Вам повезло, что Вы тогда пришли, ведь теперь «гвоздь программы» удален, - прибавил он с усмешкой.

«Впервые вижу его довольным», - подумал я. Правда, виделись мы лишь раз, но он показался мне довольно мрачным типом. Я внимательно разглядывал Бенгта, пока он, иронично усмехаясь, разрезал хрустящие, хорошо поджаренные оладьи.

- С этим можно и не согласиться. С тем, что Андерс виноват. В мире нет ни одного музея, который смог бы уберечь себя от ограбления. Это обязанность организации, которая отвечает за охрану, и полиции. Если бы у них ночью возле всех входов и выходов стояли люди, ничего бы не случилось.
- Не понимайте меня так буквально. Ясное дело, я не собираюсь утверждать, что в ограблении виноват Андерс. Но это следствие его ошибки. Вся экспозиция была бессмысленной – из-за этого он и связался с короной, скипетром и прочим бредом. Его волновал только личный успех. Сокровищница замка не хотела передавать экспонаты, но Андерс использовал кое-какие связи и таки добился своего. Шикарнейшая выставка десятилетия, организованная обаятельнейшим главным хранителем десятилетия! – и Бенгт Хеллер поднял стакан с молоком. – За здоровье нового директора!
- То есть?
- Вскоре тут поменяется начальство. Пенсионная секира уже занесена над головой старика. И есть немало претендентов. Но никто так к этому не стремился, как Андерс. Вот тут ему и должна была помочь выставка, он так рассчитывал. Звезда первой величины в его послужном списке.
- Вы несправедливы, - прервала его Карин. – Нельзя обвинять во всем Андерса только потому, что он не разделяет Ваших вульгарных взглядов на искусство. Да, он честолюбив, но он способный профессионал. Не знаю, о ком еще в музее можно так сказать.

За столом воцарилась тишина, мы ели. Карин ушла в себя, ее голубые глаза потемнели. Бенгт был похож на собаку, которую согнали с колен. Время от времени он тревожно и умоляюще смотрел на Карин, но она притворялась, что не видит, не замечает его.

- Есть еще новости? – спросил я Бенгта, пытаясь разрядить обстановку.
- Ничего. Только то, что полиция считает, будто тут работали не какие-то заурядные грабители. Кажется, они склоняются к мысли, что это международная банда. Но, понятное дело, бредут в тумане, время от времени посылая нам сигналы, чтобы мы верили, будто они на правильном пути. Что ж, как говорят, будем оптимистами. Не ради Андерса, конечно, а ради музея.
- Ну хватит, - сказала Карин тихим, но гневным голосом. – Достаточно про Андерса. Он во много раз достойнее и Вас, и многих других. Вы, мелкие карьеристы, только и вынюхиваете, откуда ветер дует, а строите из себя радикалов. Слюните палец и подставляете ветру. А Андерс ученый. Он исследователь, и такому, как Вы, следовало бы уважать его. Прощайте, Юхан. Мне нужно идти. Встретимся как-нибудь в другой раз, когда будет поспокойнее. И общество поприятнее.
Карин улыбнулась мне, взяла сумочку и ушла.

- Конечно, - кисло пробормотал Бенгт, - Андерс взял Карин секретаршей не только за то, что ей нравится печатать на машинке.
- Что Вы хотите этим сказать?
- Разве не ясно? Андерс использует ее. Ее преданность. Точно так же, как он использует остальных сотрудников. Но этот занюханный музей служит одной единственной цели – его карьере. Единственное, что для него существует, это он сам. Главный хранитель Андерс Брун. Поэтому я страшно рад тому, что случилось. Наконец-то иголка проткнула раздувшийся пузырь. Воздух вышел, и он сморщился. Получил свое. Это согревает меня, Юхан, даже посреди зимней стужи. Очень согревает.

«Неужели все это объясняется так просто, - думал я. – Бенгт любит Карин, Карин любит Андерса, а Андерс любит самого себя». Я вспомнил, как ассистент смотрел на Карин, как звучал его голос, когда он говорил о ней и об Андерсе. Не отсюда ли следует распутывать клубок? Что тут – буря в стакане из-за любовной драмы, или мы плывем на больших глубинах?

Королевский дворец (в романе - замок) в Стокгольме. В его подвалах находится Сокровищница, где хранятся регалии шведского королевского дома и откуда (по роману) выдали корону, скипетр и державу Эрика XIV на выставку в Национальный музей Швеции.


Вход в Сокровищницу
и фрагменты экспозиционных залов


Продолжение следует

© Александра Шпетная. Перевод на русский
©Перевод со шведского на украинский Юрия Попсуенко и Сергея Плахтинского по изданию Jan Marteson. Doden dar pa museum. Stockholm. 1977. ASKLJD Askied and Karnekull. Forlag AB.
Tags: Музейное закулисье, Смерть ходит по музею
Subscribe
promo alexspet march 31, 2016 21:00 9
Buy for 10 tokens
Из детективов на музейную тему мой любимый - "Смерть ходит по музею" Яна Мортенсона. В нем практически нет ничего, что неприятно царапнуло бы чувствительную душу музейщика, зато много юмора, обаятельный главный герой и увлекательный сюжет. Чтобы поделиться им с друзьями, пришлось сделать перевод с…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments